Товарищество сибирских геотехников

ПРОФЕССОР ВЯЛОВ СЕРГЕЙ СТЕПАНОВИЧ...

Профессор Вялов Сергей Степанович... При этом имени сразу возникает перед глазами седоватый интеллигентный человек с лукавой улыбкой, с умным взглядом, где в глубине спрятана ирония и к самому себе, и к окружающему миру. Выдающийся ученый с мировым именем, работы которого являются сегодня основой для решения многих задач в области мерзлотоведения, реологии, механики грунтов.

Мне посчастливилось на определенном этапе жизни довольно близко общаться с этим человеком, восхищаться его эрудицией, умом, глубиной знаний, чувством юмора и простотой в общении.

Меня познакомил с Сергеем Степановичем мой муж, профессор Ухов Сергей Борисович. Их связывала и профессиональная деятельность и, главное, работа в Антарктиде. Сергей Степанович был во 2-ой экспедиции в Антарктике, а Сергей Бори-сович – в 4-ой. Я была в аспирантуре на кафедре Н.А. Цытовича и по теме диссертации (гидротехническое строительство в районах Севера) была знакома с работами Сергея Степановича Вялова.

Помню, как в Норильске была зимой Всесоюзная конференция по мерзлотоведению, где у меня, аспирантки, был доклад. Президентом конференции был Н.А. Цытович, вице-президентом – С.С. Вялов. Проживание делегатов в Норильске было организовано в отдельных квартирах. Нас, Уховых, поселили в большой четырехкомнатной квартире вместе с Сергеем Степановичем. Это было очень приятное соседство: вечерами ходили смотреть на северное сияние, собирались коллеги, шутки, застолье, постоянные беседы до утра. Сергей Степанович блистал эрудицией, читал стихи и даже пел куплеты. Но поразил он меня тем, как готовился к своему докладу «О состоянии науки в области мерзлотоведения». Этот выдающийся ученый, читающий лекции, многократно выступавший на международных и союзных конференциях, готовился к докладу с огромной ответственностью. Он ходил по этой огромной квартире и многократно репетировал свое выступление, выверял удачные и неудачные фразы, обращал внимание на важные и не важные с его точки зрения факты, спрашивал мнение слушателей, то есть нас с Сергеем Борисовичем, уложился ли он в определенное время, как звучат поставленные им в докладе вопросы. Для меня это было огромным наглядным уроком, как надо относиться к своей профессии.

По рекомендации Н.А. Цытовича Сергей Степанович был назначен официальным оппонентом моей диссертации. Когда я пришла к нему с рефератом и неуверенно сказала, что у меня не мерзлотоведение, а гидротехника, Сергей Степанович посмотрел, улыбнулся и ответил: «Профессор в области строительства обязан знать все».

После моей защиты мы очень сблизились семьями с Сергеем Степановичем и его женой Тамарой Петровной. Ходили в гости друг к другу, встречались на мероприятиях в Доме ученых АН СССР на Пречистенке, ездили к нам на дачу в Ильинку, вместе отдыхали на турбазах Дома ученых. Забавны детали нашего с Сергеем Борисовичем общения с Сергеем Степановичем и Тамарой Петровной. Оказалось, что у Сергея Степановича и Сергея Борисовича в кабинетах одинаковые огромные резные со львами дубовые столы из прошлой жизни.

Отдых на турбазах – это отдельный рассказ. Эти турбазы были организованы в середине 50-х годов прошлого столетия по инициативе ученых, увлеченных альпинизмом, туризмом и любовью к путешествиям. На них отдыхали ученые Академии наук и ведущих институтов Москвы с семьями. Обычно человек 50-80. Быт был весьма спартанский: жили в палатках, питание одно для всех, удобства на воздухе, электричества нет, только фонарики и свечи, по очереди дежурство в столовой.

Эти мелкие неудобства компенсировались необыкновенной атмосферой, которая царила на этих базах. Уровень образованности, интеллекта, широты интересов отдыхающих зашкаливал за все возможные границы. Процент профессоров и докторов наук был порядка 80. Каждый вечер у костра кто-нибудь рассказывал о себе, о своей отрасли науки, читали стихи, пели, устраивали костюмированные представления. Жизнь была безумно насыщенная и интересная. Сергей Степанович легко вошел в эту среду, сразу завоевав симпатии всей женской половины турбаз. Он рассказывал об Антарктиде, о своих путешествиях и даже пел.

Однажды на такую турбазу приехал в гости его брат, академик Олег Степанович Вялов. Вдвоем они пели комическую оперу «Вампука, невеста африканская» Владимира Эренберга, изображая всех действующих лиц одновременно, и были неподражаемы. В столовой обычно дежурили четыре человека. Они облачались в поварские колпаки, надевали фартуки и с шутками обслуживали остальных: накрывали столы, носили еду, убирали посуду и т.п. Сергей Степанович обожал обслуживать женскую половину отдыхающих. Надо сказать, что дамы отвечали ему полной взаимностью.

Когда Сергей Степанович был уже не очень здоровым человеком, он перешел на работу в МИСИ им. В.В. Куйбышева на кафедру механики грунтов, оснований и фундаментов, которой в то время уже заведовал Сергей Борисович. Здесь Сергей Степанович в должности ведущего профессора проработал до конца своих дней.

Уже нет обоих, ни Сергея Степановича, ни Сергея Борисовича, но память о них жива. Что касается столов, то стол Сергея Борисовича стоит у нас в доме на почетном месте. Где стол Сергея Степановича – не знаю.

Такие личности, как Вялов Сергей Степанович, оставляют о себе неизгладимую память и в 100-летие со дня рождения я так, и вижу его улыбающимся, умным, мудрым, красивым, живым.

 

К.т.н., доцент.

 

Н.В. Ухова

2010 год