Товарищество сибирских геотехников

ИЗ ЧИСЛА СОТРУДНИКОВ ЛИСА Я ЛУЧШЕ ОСТАЛЬНЫХ ЗАПОМНИЛ С.С. ГОЛУШКЕВИЧА

Савинов Олег Александрович

Из числа сотрудников ЛИСа я лучше остальных запомнил Сергея Сергеевича Голушкевича, с которым у меня и моих коллег установились дружеские отношения. Возможно, это был самый талантливый человек, которого мне довелось встретить на своем жизненном пути. Но не буду говорить о нем как об ученом - его имя хорошо известно специалистам. Как человека его отличала доступность, доброжелательность, неизменное чувство юмора - и все это в сочетании с полным сознанием своей силы. Будучи официальным оппонентом докторской диссертации В.И. Петрашеня, он дал положительный отзыв, но сделал несколько замечаний. В.И., отвечая на одно из них, позволил себе сказать, что уважаемый оппонент, по-видимому, не разобрался в этой детали работы. С.С. тут же доказал, что прекрасно разобрался, и сделал это так, что В.И. Петрашеню пришлось защищать свою работу повторно. Однако и сам С.С. защищал свою докторскую диссертацию дважды. Первый раз это было во время войны, защита проходила, если не ошибаюсь, в Высшей инженерной академии им. В.В. Куйбышева. Диссертация была посвящена созданию основ теории ледяных переправ. Надо же было так случиться, что первый же член ученого совета, выступивший в открытой дискуссии, критикуя работу, был недостаточно тактичен в выражениях. С.С. сложил в портфель документы и незаметно ушел домой. Это было замечено лишь к концу дискуссии (которая, в общем, проходила вполне благожелательно) и вызвало немалый переполох в совете.

Любопытный эпизод сохранился у меня в памяти и по второй защите, на которой я присутствовал. Защита проходила в Ленинграде, вскоре после окончания войны. Все три официальных оппонента - члены-корреспонденты АН СССР А.И. Лурье, П.Ф. Папкович и Л.В. Канторович, а также выступившие в дискуссии дали блестящие отзывы, голосование «за» было единодушным. Существенное замечание сделал П.Ф. Папкович, выразивший некоторое сомнение в возможности применения выводов теории упругости к такому материалу, как лед. И представил это замечание в изящной форме: заканчивая отзыв, он написал, что помнит, как в детстве ему приходилось видеть санные гонки по тонкому льду, которые крестьяне устраивали ранней зимой на озере, где жила тогда семья Папковичей. Было видно, как лед изгибается под санями, но не ломается. И старики говорили: «Молодой ледок трещит, да несет, старый лед шам-шам, да и с ушам».

В самый разгар кампании по борьбе с преклонением перед иностранщиной, когда было особенно модно, где только есть хоть малейшие для того основания, приписывать те или иные научные достижения русским ученым, С.С. делал обзорный доклад по строительной механике на конференции Ленинградского политехнического института. При этом он ни словом не обмолвился о работах Эйлера, который, как известно, на протяжении многих лет был членом Российской Академии наук. Разумеется, немедленно был задан вопрос, почему в докладе ничего не сказано о трудах Эйлера. С.С. ответил: «Из того, что Гоголь написал «Мертвые души» в Риме, еще не следует, что он является итальянским писателем». Ответ по тем временам смелый, отлично характеризующий характер самого докладчика.

Убежден, что если бы не ранняя смерть Сергея Сергеевича, его имя сегодня могло бы быть среди первых имен самых выдающихся ученых механиков мира.

 

   

Олег Савинов

1988 год