Товарищество сибирских геотехников

ОТСЧЕТ МОИХ ВСТРЕЧ С СЕРГЕЕМ СТЕПАНОВИЧЕМ МОЖНО НАЧАТЬ С МАЯ 1973 г.

Отсчёт моих встреч с Сергеем Степановичем можно начать с мая 1973 г., когда я, ещё неискушенный в мерзлотоведении специалист, приехал на конференцию в Якутск. В гостинице случилось так, что по ошибке меня поселили в одном номере с Сергеем Степановичем на место, которое было предназначено для профессора К.Ф. Войтковского. Кирилл Фабианович задерживался на сутки, и Сергей Степанович не стал меня выгонять.

После недолгого молчания Сергей Степанович спросил: «Что Вы привезли на конференцию?» Я ответил, что стендовый доклад «К методике исследования тепловых деформаций мёрзлых грунтов» совместно с Я.А. Кроником и М.В. Михалевой. И добавил, что намерен в дальнейшем эту работу рассматривать с позиции термодинамики. Сергей Степанович заинтересовался. Он уже ранее высказывал мысль о том, что физику, теплофизику и механику мёрзлых грунтов можно объединить с помощью термодинамики. Это и будет, возможно, «общая» теория инженерного мерзлотоведения. В тот вечер мы поговорили о работе, теплоте, внутренней энергии и других потенциалах, обратимых и необратимых процессах.

Сергей Степанович отметил значение приведенного мной равенства – зависимости внутренней энергии от свободной энергии, термодинамической температуры и энтропии системы (произведение последних двух именуется связной энергией). Это равенство, в частности, позволяет получить условия для обратимых и необратимых изотермических процессов. Соответствующие зависимости получены с помощью первого и второго начал термодинамики, применимых для необратимых процессов.

В дальнейшем Сергей Степанович изложил последовательно эти мысли в замечательной статье «Термодинамические основы механики мёрзлых грунтов», опубликованной в сборнике «Термодинамические аспекты механики мёрзлых грунтов» (М.: Наука, 1988 г.) под его редакцией. В статье он рассматривает грунт как открытую термодинамическую систему, приток тепла обеспечивается не только теплопроводностью и фазовыми переходами, но и массопереносом (миграцией влаги). Механическая работа системы включает работу на обратимых и необратимых, пластично-вязких деформациях.

Зная понаслышке о любви Вялова к хорошей шутке, я произнёс известный специалистам каламбур Ричарда Фейнмана о термодинамике: «Трудности термодинамики связаны именно с тем, что каждый может подойти к задаче с того конца, с какого вздумает. Нужно только сесть и выбрать определённые переменные, а потом уже твердо стоять на своем, и все станет легко и просто» (Фейнмановские лекции по физике, т.4, 1967). Шутка Сергею Степановичу понравилась. И он отметил, что в ней – большая доля истины.

Затем разговор перешёл на другие темы. Помнится, обсуждали фильм «Бег» с В.В. Дворжецким в роли Хлудова.

Утром я должен был уступить место Кириллу Фабиановичу. В дальнейшем, по ходу конференции обстоятельства, к сожалению, сложились так, что я уже такого тесного контакта с Сергеем Степановичем не имел.

В значительной степени под влиянием этой встречи я опубликовал две работы в «Известиях вузов»: «Об уравнениях связи в задачах термореологии грунтов» и «Влияние незамерзшей воды на тепловые деформации промерзающих глинистых грунтов». Обе эти работы я предварительно возил на просмотр Сергею Степановичу. Он внимательно читал, повторяя «надо публиковать, надо публиковать». Сделал небольшие замечания, способствующие улучшению текста.

Следующим приятным и памятным событием был III всесоюзный симпозиум по реологии грунтов (Ленинград, 3-8 сентября, 1979 г.). На самом деле, в Ленинграде симпозиум только открывался и завершался. Основная часть проходила в салоне теплохода «Алексей Писемский», следовавшего по Волго-Балтийскому водному пути: Нева мимо Шлиссельбургской крепости Ладожское озеро – Свирь – Онежское озеро (обводной канал) – Вытегра – Ковжа – Белое озеро, далее по Шексне до Гориц и обратно. Открывая симпозиум, Сергей Степанович в своей речи уделил внимание не только традиционным проблемам и методам, но и термодинамическому подходу к изучению механики грунтов.

В погожие дни плакаты вывешивались прямо на палубе теплохода. В один из таких дней к моему стенду подошёл Сергей Степанович в компании с Ю.К. Зарецким, С.Е. Гречищевым и Я.А. Кроником. Задавал вопросы он примерно так: «Скажите, пожалуйста, каков физический смысл коэффициента «А» в Вашем уравнении?»

По ходу корабля для нас организовали три незабываемые экскурсии. Во время стоянки в Вытегре мы посетили сохранившиеся остатки одного из шлюзов старой Мариинской водной системы вблизи деревни Петровское и экспозицию «Водные пути Севера» местного краеведческого музея. Сергей Степанович активно комментировал. Во время стоянки в Горицах состоялись историко-художественные экскурсии в Кириллов и Ферапонтово. Надо сказать, что в течение всего симпозиума Сергей Степанович был в прекрасной форме. В заключение, «на закуску», он блестяще рассказал о недавней тогда конференции в Париже, где вместе с ним были Римма Владимировна Максимяк и Евгений Андреевич Сорочан. Похвалил французские булочки. Не преминул вспомнить, как председательствующий, перепутав, произнёс: «мадам Сорочан и месье Максимяк».

В те годы, когда Сергей Степанович работал уже в нашем институте (МИСИ), я занимался механикой скальных пород в другой лаборатории и, к большому сожалению, с ним приходилось мало общаться. Но жизнь его была на виду. Доводилось не раз его видеть и слышать на других конференциях, лекциях, семинарах. Невозможно было не почувствовать две важнейшие черты его выступлений: глубокое уважение к хрестоматийным основам науки и стремление сделать понятными свои мысли широкой аудитории, чего он достигал ясным изложением и тщательностью подготовки. Его доводы всегда «прозрачны» и тщательно обоснованы, терминология корректна.

Позже мне не раз приходилось восхищаться величием термодинамики. Но классическая термодинамика только с первого взгляда может показаться простой наукой. При решении конкретных задач приходится сталкиваться с многочисленными нюансами, в которых бывает «всё и дело». Обнаруживая это, я и вспоминаю ту, свою первую беседу с Сергеем Степановичем.

 

К.т.н., сотрудник Института геоэкологии РАН.

 

В.П. Мерзляков

2010 год