Товарищество сибирских геотехников

С НАУЧНЫМИ ТРУДАМИ СЕРГЕЯ СТЕПАНОВИЧА ВЯЛОВА Я ПОЗНАКОМИЛСЯ В 1964-1965 гг.

Кроник Яков Александрович

С научными трудами Сергея Степанови­ча Вялова я впервые познакомился в 1964-1965 гг., когда на первом году обучения в аспирантуре кафедры механики грунтов, оснований и фундаментов, куда меня при­гласил по окончании МИСИ с отличием член-корр. АН СССР профессор Н.А. Цытович, выбирал себе интересную тему иссле­дований для кандидатской диссертации. Особенно меня заинтересовали пионерные разработки С.С. Вялова по термореологии, где он впервые пытался решить реологиче­ские задачи в зависимости от переменной температуры промерзающих и мерзлых грунтов. Опираясь на эти редкие статьи и на труды академиков П.Л. Капицы, А.Н. Винника и других, я написал обзоры (по­становочный реферат) и предложил своему научному руководителю, к.т.н. С.Б. Ухову (вторым основным руководителем был док­тор технических наук профессор Н.А. Цытович) рассмотреть возможность выбора для моей диссертации темы по термоупру­гости мерзлых скальных грунтов. Однако, к счастью, С.Б. Ухов тотчас же опустил меня с небес на бренную землю, заявив, что это не тема для кандидатской, а целое новое научное направление. Тем более что в это время по указанию Н.А. Цытовича сам С.Б. Ухов начал заниматься новыми проблемами механики трещиноватых скальных пород в талом состоянии, что и явилось в дальней­шем темой его докторской диссертации.

Непосредственное знакомство с Сергеем Степановичем у меня произошло позднее, в 1968 г. на Всесоюзной конференции по мерзлотоведению в г. Якутске и в 1973 г. на второй Международной конференции по мерзлотоведению. В дружеской компании с С.С. Вяловым и С.Б. Уховым я оказался на теплоходе, когда участники конференции в г. Якутске отправились по маршруту осмот­ра полигональножильных льдов на берегах р. Лены и в устье р. Витима.

При первом же личном знакомстве меня поразили сердечность и высокая интеллигентность Сергея Степановича. Этот большой и уже всемирно известный ученый мог свободно, непредвзято и сердечно общаться не только с учеными и профессорами, но и с рядовыми сотрудниками, инженерами, геологами и начинающими аспирантами. В дружеской компании он замечательно читал стихи поэтов «серебряного века», многие из которых целиком знал наизусть, не гнушался и хорошими анекдотами и отличался исключительно глубоким чувством юмора.

Но наиболее тесное знакомство и непосредственное сотрудничество с Сергеем Степановичем началось у меня в 1978 г., когда он, как руководитель секции строительства в Северной строительно-климатической зоне СССР, пригласил меня и других ведущих специалистов поработать на общественных началах в Научно-техническом совете (НТС) Госстроя СССР. Это были незабываемые годы. Ежегодно, помимо годичных заседаний секции НТС, обязательным было заседание с выездом на проблемные объекты строительства в районы вечной мерзлоты, где проводили экспертизу аварий строительных объектов для решения конкретных проблем строительства.

Такие поездки и всесторонние глубокие обсуждения насущных проблем на местах приносили большую пользу не только северным строителям и местным руководителям, но «давали много пищи для ума» и приобретения экспертного опыта всем участникам выездных сессий и особенно членам секции НТС. Главное же, по общему мнению, было то, что такой обязательный и неординарный человек как Сергей Степанович сумел быстро сдружить нас всех – членов своей секции. Да так, что мы, 15-20 человек сохранили эту великолепную дружбу и профессиональную взаимопомощь на всю жизнь, как и светлую память о выдающемся ученом и прекрасном руководителе.

И сейчас, все вспоминают эти удивительные и полезные поездки в города Надым и Уренгой на разработки нефтегазовых месторождений и магистральных газопроводов, в Якутск и на Чукотку, в Анадырь и Магадан, в Читу и Благовещенск, в Амдерму и Забайкалье.

Судьба С.С. Вялова так сложилась, что после долгих лет работы в головном инсти­туте НИИОСП с 1986 г. он переходит в Мос­ковский инженерно-строительный институт им. В.В. Куйбышева (МИСИ). Сюда его при­глашает на должность профессора кафед­ры механики грунтов, оснований и фунда­ментов новый заведующий кафедрой д.т.н. профессор Сергей Борисович Ухов, заняв­ший это место после кончины профессора Н.А. Цытовича. Кроме того, с 1986 г. С.С. Вялов заменил ушедшего Н.А. Цытовича на посту научного руководителя Отраслевой научно-исследовательской лаборатории инженерного мерзлотоведения в энергети­ческом строительстве (ОНИЛИМЭС).

Отраслевая лаборатория ОНИЛИМЭС была организована при МИСИ в 1972 г. по ходатайству 18 ведущих проектно-изыска­тельских научно-исследовательских орга­низаций и Минэнерго СССР совместным приказом министров Минвуза СССР и Мин­энерго СССР. Для открытия ОНИЛИМЭС Госкомитетом по науке и технике СССР (ГКНТ СССР) были выделены необходимые лимиты по труду (численность штатного персонала), и главное – соответствующие госбюджетные ассигнования.

К моменту прихода в ОНИЛИМЭС С.С. Вялова лаборатория уже накопила доста­точный опыт научного обоснования и со­провождения проектирования и строитель­ства первых на Крайнем Севере высоких плотин (Вилюйской, Усть-Хантайской и Ко­лымской ГЭС, Магаданской ТЭЦ и других), крупных промышленных комплексов и по­селков городского типа (Усть-Илимского лесопромышленного комплекса, поселков Чернышевский, Снежногорск, Синегорье и других).

С приходом С.С. Вялова, работа лабора­тории оживилась. Под его председательст­вом активнее заработал научно-техниче­ский совет. Появились новые объекты, и не только на вечномерзлых грунтах. Началось обобщение опыта проектно-производст­венных работ на конкретных северных строительных объектах, разработки отрас­левых норм и всесоюзных СНИПов.

Несколько раз мне пришлось вылетать вместе с Сергеем Степановичем на наши объекты, в частности в г. Магадан, поселок Синегорье, на строительство Колымской ГЭС. Он с интересом знакомился с новым (как он говорил) для него делом – север­ным плотиностроением. В отдельные сво­бодные часы, особенно в Магадане, Сергей Степанович живо, с юношеским задором рассказывал мне о своем житье-бытье в сороковые годы прошлого столетия в из­вестном ГУЛАГовском Колымстрое, где он работал инженером, а затем и главным ин­женером строительства. Глаза его моло­децки загорались, когда он вспоминал о приключениях и злоключениях того перио­да, о лагерных нравах, о супруге начальни­ка Колымского управления лагерей. Его го­лос становился задумчивым и напевным, когда он рассказывал о знаменитом певце Вадиме Козине (тоже узнике ГУЛАГа), по­казывая, где певец жил в то время.

Вообще, личное общение с Сергеем Сте­пановичем доставляло мне, как и всем, кто с ним близко соприкасался, много радости и душевного счастья. И это во многом спо­собствовало нашему творческому росту и интеллектуальному обогащению. Весьма ценными для меня были всегда доброжела­тельные замечания и пожелания С.С. Вяло­ва по развитию предлагаемого мною тер­момеханического подхода к совершенство­ванию теории геокриологического прогно­за, особенно в решении прикладных задач инженерной геокриологии. Научная про­зорливость С.С. Вялова подтвердилась сей­час, когда термомеханическая энтальпий­ная модель, как наиболее современная, включена уже в несколько учебников и учебных пособий для студентов, изучаю­щих геокриологию. С ее использованием защищены несколько докторских и более десятка кандидатских диссертаций.

В 1995-96 гг. по совету Сергея Степано­вича я решил поступить в докторантуру нашей кафедры механики грунтов, что я и сделал, при поддержке заведующего ка­федрой С.Б. Ухова и С.С. Вялова, без от­рыва от работы в должности заведующего отраслевой лабораторией ЛИМЭС. Сергей Степанович любезно согласился быть мо­им научным консультантом. Детально проанализировав план моей работы в докторантуре, он одобрил содержание докторской диссертации кроме последней, еще не законченной главы по теории безопасности и нормируемого риска в строительстве в криолитозоне, что еще предстояло разработать в 1978-1979 гг.

Наиболее ценны для меня его послед­ние замечания по автореферату и содер­жанию доклада на кафедре. Я храню их теперь как бесценные реликвии в память о моем последнем научном консультанте – большом ученом С.С. Вялове.

Два года до его кончины были для меня самыми интересными и плодотворными. С начала девяностых годов, когда наступи­ли тяжелые времена перестройки и раз­витого социализма с построением затем не очень понятного старикам нового «не­доразвитого капитализма», существенно осложнились и работа, и само существо­вание ОНИЛИМЭС. Сергей Степанович от­носительно спокойно воспринимал все эти «всесоюзно-всероссийские перестройки», но почувствовав относительную свободу слова, чаще и свободнее стал вспоминать свое дворянское происхождение и вскоре даже вступил во вновь организованное Дворянское собрание.

В 1993-1994 гг., когда, по сути, прекра­тилось госбюджетное финансирование ОНИЛИМЭС, а по хоздоговорам за выпол­ненные работы стали платить с большими задержками (до 6-12 месяцев), пришлось начать сокращение штатов сотрудников. Но НИР лаборатории, хоть и с большими опозданиями, еще финансировались (на­пример, по Усть-Среднекамской ГЭС, по Амуро-Якутской железнодорожной магистрали). Существенные изменения произошли и в личной жизни Сергея Степановича.

Еще к его восьмидесятилетнему юби­лею кафедра и институт (МИСИ) предста­вили его к государственной награде, и вскоре он получил за выдающиеся науч­ные и народно-хозяйственные достижения медаль ордена «За заслуги перед отече­ством», которую редко демонстрировал, но очень ею гордился.

К тому же к началу девяностых годов резко ухудшилось его здоровье. Он начал постепенно слепнуть, отойдя практически от реальных дел по руководству лабора­торией. Более того, после смерти супруги Тамары Петровны он остался один, страшно переживал утрату и стал еще бо­лее замкнутым. Через несколько лет он вновь женился на женщине почти на три­дцать лет моложе его – Стэлле Эммануи­ловне, которая и ухаживала за ним вплоть до его кончины 6 марта 1998 г.

В наступившие трудные девяностые го­ды, когда начали задерживать зарплату, Сергею Степановичу также пришлось пе­режить трудные времена. Следует сказать еще раз спасибо заведующему кафедрой МГрОиФ Сергею Борисовичу Ухову, кото­рый при начавшихся осложнениях здоро­вья Сергея Степановича добился у руко­водства МИСИ перевода его на единст­венную тогда госбюджетную должность профессора-консультанта (с сохранением зарплаты), не требующую ежедневного выхода на работу и без учебной нагрузки. На этой должности Сергей Степанович пробыл вплоть до ликвидации СССР, Мин­вуза СССР, а также и самой госбюджетной должности. Однако, как научный руково­дитель ОНИЛИМЭС он до последних дней получал скромную зарплату, которую вы­краивали из весьма скудного хоздоговор­ного финансирования. Ежемесячно я получал по дове­ренности в кас­се МИСИ эту зарплату и от­возил ее домой С.С. Вялову.

Особо надо отметить, что в последние го­ды, когда Сер­гей Степанович окончательно ослеп, он про­должал свое научное твор­чество и начал по памяти писать, надикто­вывая текст, свою последнюю монографию «Реология мерзлых грунтов». Это был по­следний величайший подвиг настоящего ученого. Конечно, ему существенно помо­гала и Стэлла Эммануиловна, которая пе­чатала на машинке записанный под дик­товку текст. Но когда основные главы были сформированы и, в основном, отпечатаны, понадобилась помощь в дописывании и, главное, в редактировании текста рукопи­си. Здесь неоценимую услугу оказали уче­ники и коллеги Вялова. Верной помощни­цей была теперешний доктор геолого-минералогических наук, профессор МГУ Лидия Тарасовна Роман, помогавшая отре­дактировать и оформить большую часть книги, и конечно, Виктор Николаевич Разбегин, благодаря редактированию и усили­ям которого и была опубликована эта мо­нография. Но автора ее уже не было в жи­вых.

Посчастливилось и мне принять участие в этом благородном деле. Две надиктован­ные Сергеем Степановичем главы отредак­тированы и вычитаны с моим участием. По­ражали упорство, мужество ученого и его феноменальная память. Он помнил наи­зусть не только текст рукописи, но и напи­сание всех многочисленных реологических уравнений и формул, а также где, на какой странице и в какой строке (!) находятся эти формулы и правил их безупречно точно.

И это было последнее научное достиже­ние и поистине благороднейший настоящий подвиг большого ученого – Сергея Степа­новича Вялова.

 

Профессор кафедры механики грунтов, оснований и фундаментов МГСУ, к.т.н., руководитель отраслевой научно-исследовательской лаборатории инженерного мерзлотоведения в энергетическом строительстве.

 

Я.А. Кроник

2010 год